Обнаружение и противодействие БПЛА: не теория, а ежедневная практика 

Когда слышишь ?обнаружение и противодействие БПЛА?, многие сразу представляют себе голливудские сцены с перехватом сигнала или мощные ?глушилки?, сбивающие дроны пачками. На деле же всё часто упирается в банальную проблему: как отличить птицу от мультикоптера на зашумлённом радарном экране в ветреный день, когда бюджет ограничен, а объект — критически важный. Вот об этой прозе жизни, а не о поэзии высоких технологий, и стоит поговорить.

С чего начинается реальная защита? С трезвой оценки угрозы

Первое и самое большое заблуждение заказчиков — вера в ?серебряную пулю?, единую систему, которая решит все проблемы. Не решит. Концепция ?многослойной обороны? — это не маркетинг, а суровая необходимость. Начинать всегда нужно с аудита: что именно мы защищаем? Периметр завода с высокой дымкой? Или открытую площадку для массового мероприятия? Угрозы будут разными. Для одного объекта главная опасность — это коммерческий дрон с камерой, для другого — кустарный БПЛА с подвесным грузом, летящий по заранее заданным точкам (GNSS).

Здесь часто спотыкаются. Ставят, например, мощный радиопеленгатор, идеально определяющий сигналы управления на 2.4 ГГц, а дрон прилетает полностью автономный, с выключенным радиообменом. Или наоборот, полагаются на оптику, которая в туман или в сумерках слепнет. Мой опыт показывает, что первый слой — это всегда радиотехническая разведка (RFD) в широком спектре, но не как панацея, а как система раннего предупреждения. Нужно слушать эфир постоянно, выявляя аномалии.

Кстати, о спектре. Многие забывают про старый-добрый 433 МГц или 900 МГц. Казалось бы, устаревшие частоты. Но именно их любят использовать для кастомных сборок или для увеличения дальности. Хорошая система должна мониторить не только ?популярные? диапазоны DJI, но и эти, более тихие участки. На одном из объектов под Казанью как раз поймали аномальную активность на 915 МГц — оказалось, тестировали самодельный аппарат для доставки ?посылок? через периметр. Стандартные детекторы его бы просто проигнорировали.

Радар, оптика, акустика: связка, а не конкуренция

После того, как радиоканал дал зацепку или если его нет, в дело вступают другие средства. Радар — отличная штука для обнаружения на дальних подступах, особенно в чистом поле. Но в городской среде или рядом с деревьями начинается ад из ложных срабатываний. Ворона, взлетевший пакет, даже крупная ветка — всё это метка на экране. Современные радары с ФАР и алгоритмами селекции движущихся целей (MTI) стали умнее, но идеала нет. Их сила — в определении факта движения и вектора, слабость — в точной классификации. Что это, птица или дрон?

Тут подключается оптоэлектроника (ЭО). Камеры с тепловизорами. Но и они не всесильны. Маленький дрон из пластика в жаркий летний день может иметь тепловой контраст, почти не отличимый от фона. А ночью — наоборот, моторы и батарея светятся ярко. Ключ — в сенсорной fusion, то есть слиянии данных. Радар дал пеленг и трек, ЭО навелась на этот сектор, и оператор (или нейросеть) уже видит картинку и принимает решение. Это и есть ?многослойность? в действии. Просто поставить три разных прибора — мало. Они должны говорить на одном языке с единым центром управления (ЦУ).

Акустические датчики часто недооценивают. Да, у них малая дальность. Но на критически важном коротком периметре — это дешёвый и эффективный дополнительный рубеж. Характерный звук моторов бесколлекторных двигателей можно вычленить из общего фона. Мы интегрировали такую акустику с сеткой микрофонов на нефтехранилище. Когда все основные системы были ?ослеплены? scheduled maintenance, именно акустика засекла низколетящий аппарат, пытавшийся проскочить в ?слепое окно?. Система не идеальна в ветер, но как последний рубеж — работает.

Противодействие: когда ?сбить? — не всегда решение

Вот мы обнаружили цель, классифицировали её как враждебный БПЛА. Что дальше? Здесь кроется второй пласт ошибок — немедленное желание ?глушить? или ?брать на захват?. В городской черте, особенно на массовом мероприятии, глушение широкополосным шумом — это гарантированные жалобы на помехи в сотовой связи, Wi-Fi, а то и в навигации. Возможны серьёзные последствия. Поэтому подход должен быть хирургическим.

Современные системы радиоэлектронного подавления (РЭП) работают точечно. Их задача — не ?завалить шумом? весь эфир, а точечно атаковать конкретные протоколы связи конкретного дрона. Это требует постоянно обновляемой базы сигнатур. Например, для популярных моделей DJI это подавление канала управления, канала передачи видео и, что критически важно, навигационного сигнала (GNSS). Часто достаточно ?отключить? дрону GPS/ГЛОНАСС, чтобы он перешёл в режим аварийной посадки или завис на месте (в зависимости от модели), не падая камнем. Это так называемое ?мягкое? или ?гуманное? противодействие.

Но есть и сценарии, где требуется жёсткое воздействие. Для этого существуют кинетические средства или высокоэнергетические лазеры. Но их применение — это крайняя мера, часто требующая специальных разрешений и условий. В моей практике больше востребованы именно комплексные станции РЭБ, которые комбинируют обнаружение и точечное подавление. Важно, чтобы система после применения воздействия могла подтвердить его эффективность — отследить, что дрон совершил посадку или вернулся к оператору.

Интеграция и ?мозг? системы: где чаще всего ломается процесс

Можно купить лучший в мире пеленгатор, самый чувствительный радар и мощную ?глушилку?. Но если они не интегрированы в единый контур управления, это просто куча дорогого железа. Главная головная боль в 80% проектов — это интеграция. Протоколы обмена данных, задержки, интерфейсы оператора. ЦУП должен получать данные от всех сенсоров в реальном времени, автоматически сопоставлять треки, присваивать цели ID и предлагать оператору ранжированные по угрозе варианты противодействия.

Часто бывает, что радар видит цель №1, радиопеленгатор в это же время видит источник излучения №2, а оптический канал захватил вообще третью цель. Алгоритмы корреляции треков должны понять, что это один и тот же объект. Если этого не происходит, оператор получает хаос. Мы однажды столкнулись с системой, где задержка данных с радара составляла 5 секунд. Для дрона, летящего со скоростью 20 м/с, это 100 метров неточности. Попытка навести оптику по таким данным превращалась в поиск иголки в стоге сена.

Поэтому сейчас я смотрю не на списки характеристик отдельных модулей, а на наличие у поставщика готовых, отлаженных решений ?под ключ?, где вопросы интеграции уже решены. Как, например, у компании ООО Чэнду Битэ Чжиань Технологии (BISEC). Они позиционируют себя как поставщик комплексных решений, и это ключевое слово. Зайдя на их сайт https://www.www.cdbtzakj.ru, видно, что они охватывают именно низковысотную защиту, интеллектуальное оборудование РЭБ и даже смежные области вроде синхронизации времени — что критически важно для точной корреляции данных в распределённой системе. Такой подход говорит о понимании проблемы в целом, а не просто о продаже ?коробок?.

Провалы и уроки: что не пишут в рекламных буклетах

Расскажу о случае, который многому научил. Объект — крупная частная резиденция. Установили, казалось бы, надёжный комплекс: радар, две RF-станции, камеры, подавитель. Всё отлично работало на тестах. А через месяц — инцидент. Дрон спокойно пролетел над территорией, сделал серию снимков и скрылся. Система его ?увидела?, но классифицировала как ?не угроза?, птицу. Почему? Потому что оператор, чтобы снизить количество ложных тревог, выставил слишком жёсткие пороги по скорости и ЭПР (эффективной площади рассеяния). Дрон был лёгкий, карбоновый, летел против ветра, и его скорость совпала с типичной для хищной птицы в районе. Алгоритм ошибся.

Вывод: любая система требует тонкой настройки под конкретную локацию. Нельзя просто включить и забыть. Нужен период ?обучения?, когда система набирает статистику по фоновой активности — птицам, машинам, веткам. И даже после этого нужен постоянный мониторинг и корректировка. Ещё один урок — человеческий фактор. Оператор, который пятый час смотрит в монитор, где 99% времени — пустота, теряет концентрацию. Поэтому так важна качественная автоматизация первичной классификации и тревог, чтобы человек вмешивался только для принятия финального решения.

И последнее. Никогда не экономьте на обучении персонала. Можно поставить самую совершенную систему, но если дежурный не понимает разницы между режимами ?подавление несущей? и ?спуфинг навигации?, а при тревоге панически жмёт первую попавшуюся кнопку, толку не будет. Защита от БПЛА — это на 30% техника и на 70% отработанные процедуры и подготовленные люди.

Вместо заключения: куда дует ветер?

Сейчас тренд — на активное использование искусственного интеллекта не только для классификации, но и для прогнозирования поведения цели. Система начинает анализировать траекторию: если БПЛА летит не хаотично, а по закономерному маршруту, облетая препятствия и целясь в конкретную точку, это сразу повышает его уровень угрозы. Другой тренд — миниатюризация и сетевые решения. Вместо одной мощной стационарной станции — сеть дешёвых датчиков, разбросанных по периметру, данные с которых сводятся в облаке.

И, конечно, постоянная гонка вооружений. Появляются дроны с защищённой связью (frequency hopping), с альтернативными навигационными системами (например, по рельефу местности). Им нужно противопоставлять более умные системы, способные к адаптации. Противодействие БПЛА перестаёт быть нишевой военной темой и становится рутинной задачей для служб безопасности стадионов, аэропортов, промышленных предприятий. И главный навык здесь — не слепая вера в технологии, а способность выстроить живую, адаптивную и многоуровневую систему, где каждый элемент прикрывает слабости другого. Именно такие комплексные подходы, как я вижу, предлагают и развивают игроки на этом рынке, включая упомянутую BISEC Технологии. Всё остальное — полумеры.